24 октября 2026 года Марина Комиссарова, известная в ЖЖ под именем «Эволюция», опубликовала разбор письма 50-летней женщины с ником verbennn.
Разбор начинается с уничижительной классификации автора письма. Комиссарова объявляет её стопроцентной «девой-в-башне» (ДБ), а следовательно, в соответствии со своей системой, «рапаном». Ещё до знакомства читателей с письмом она сообщает, что письма таких женщин отличаются невероятным количеством глупых поступков.
Таким образом, оценка дана заранее. Читателю предлагается искать в письме подтверждения уже объявленного диагноза.
Что такое «башня»?
В предыдущей публикации Комиссарова объясняет, что башня — это «корона на СЗ», то есть переоценка собственной субъективной значимости. Корона, по её определению, защищает грандиозность, не позволяя человеку усомниться в своём праве на власть над миром.
Объявив verbennn стопроцентной ДБ, Комиссарова тем самым приписывает ей представление о собственном превосходстве над окружающими. По её словам, такие женщины уверены, что любые их шаги радуют других людей, на которых они смотрят сверху вниз.
Но на чём основан этот вывод?
Комиссарова постоянно предостерегает своих читателей от «лаза в голову» — приписывания другим людям мыслей и чувств, о которых те не сообщали.
Посмотрим, что пишет о себе сама verbennn.
Она признаётся, что боится проявлять романтическую инициативу, поскольку предполагает, что мужчине эта инициатива не нужна. Она опасается отвержения и неуместности своих предложений.
В другом месте она сравнивает своё положение с положением собаки под дверью, хотя тут же добавляет, что не хочет быть собакой и не может найти баланс в отношениях.
Где здесь уверенность в собственном превосходстве? Где убеждение, что окружающие мечтают о её внимании?
Можно предположить, что женщина заблуждается относительно чувств мужчины. Но из этого ещё не следует, что она считает себя выше него или других людей.
Кто знает, что женщина «действительно думает»?
Женщина рассказывает, что помогает мужчине деньгами, покупает продукты, моет посуду в его квартире, не расспрашивает его о встречах с другими женщинами.
Комиссарова интерпретирует такое поведение как проявление слабости и зависимости, замаскированных представлением о собственной независимости. Она утверждает, что автор письма действительно считает своё поведение достойным именно потому, что видит себя сильной.
Но откуда Комиссаровой известно, что женщина «действительно думает»?
Вполне возможно, что verbennn недооценивает собственную зависимость. Возможно и то, что она старается быть удобной партнёршей из страха потерять отношения. Однако это психологические гипотезы, а не факты, непосредственно установленные из письма.
Комиссарова идёт ещё дальше, утверждая, что мужчина продолжает общение с женщиной исключительно ради её денег и помощи в бизнесе.
И это тоже утверждение о чужих мотивах, причём мотивах человека, который вообще не участвовал в переписке с Комиссаровой.
Где здесь «белое пальто»?
Когда verbennn рассказывает, чего она хочет от отношений, она объясняет, что не нуждается в материальном обеспечении или бытовой помощи. Ей нужны чувства, секс, близость, возможность любить и быть любимой.
Комиссарова усматривает в этих словах «зелёный виноград» (ЗВ) и «белое пальто» (БП). По её мнению, женщина презрительно отказывается от помощи мужчины, словно считает себя выше тех женщин, которым мужчины помогают.
Но сама Комиссарова в статье «Белое пальто» определяет его через представление о собственной нравственной чистоте в противопоставлении чужим слабостям и порокам.
Где в словах verbennn осуждение женщин, желающих выйти замуж или получать помощь от партнёра? Где презрение к ним?
Я не вижу ни того, ни другого.
Сообщение о собственных потребностях не является осуждением чужих потребностей. Если человек говорит, что ему не нужна материальная помощь, это ещё не означает, что он презирает людей, которым она нужна.
Чтобы обнаружить здесь «белое пальто», необходимо дополнительно приписать женщине отношение к другим людям, которого она не высказывала.
Когда чувство объявляют реальностью
Особенно показателен эпизод, в котором verbennn описывает своё унизительное переживание.
Мужчина неоднократно говорил ей, насколько важно для него невмешательство в его жизнь. Женщина старалась не нарушать его границ, но постепенно стала чувствовать себя существом, которое не может переступить порог без приглашения.
Она использует образ нечисти, неспособной войти в дом самостоятельно.
И что делает Комиссарова?
Она объявляет это переживание прорывом реальности сквозь корону. По её интерпретации, женщина наконец увидела, кем является в этих отношениях.
Но женщина описывала своё чувство, а не объективное положение вещей.
Между утверждениями «я чувствую себя нечистью» и «я действительно нечисть» существует принципиальная разница.
Комиссарова эту разницу стирает. Уничижительная метафора, которой женщина выражает свою боль, превращается в якобы достоверное знание о ней.
Более того, Комиссарова предлагает комментаторам проявить чувство юмора по поводу представлений автора письма о собственных отношениях.
Человек рассказывает о страдании, а читателей приглашают посмеяться.
Что известно о реальности?
Из письма действительно следует, что отношения были неравными.
Женщина вкладывала в них много сил и денег. Мужчина не проявлял той романтической и сексуальной заинтересованности, которой она ждала. Со временем сексуальная близость прекратилась, а общая работа и профессиональные интересы стали занимать всё больше места в их общении.
Всё это даёт основания предполагать, что надежды женщины на взаимную любовь могли не оправдаться.
Но есть и другие обстоятельства.
Мужчина продолжал с ней встречаться на протяжении трёх с половиной лет, проводил с ней время, поддерживал тесное общение, принимал её помощь. Когда женщина предлагала ему прямо сказать, что он хочет только дружить и работать, он отвечал, что они справятся, и предлагал продолжать встречаться.
Следовательно, ситуация не сводилась к тому, что женщина самостоятельно придумала отношения, которых мужчина никогда не признавал.
Можно предполагать, что он не любил её. Можно предполагать, что он ценил прежде всего дружбу и профессиональное сотрудничество. Можно даже предполагать, что материальная помощь была для него главным мотивом.
Но ни одно из этих предположений нельзя объявлять установленным фактом только на основании письма.
У кого же корона?
В заключение Комиссарова утверждает, что реальность совершенно не способна пробиться сквозь корону автора письма. Женщина, по её мнению, настолько уверена в собственной власти над происходящим, что никакие свидетельства обратного не могут изменить её представлений.
Но не происходит ли нечто подобное в самом разборе?
Комиссарова заранее определяет автора письма как деву-в-башне, а затем интерпретирует её слова и поступки в соответствии с этим определением.
Если женщина проявляет инициативу — это подтверждение её уверенности в собственной значимости. Если боится проявить инициативу — это тоже подтверждение короны. Если помогает мужчине — значит, считает себя сильной и независимой. Если чувствует себя униженной — значит, реальность наконец пробилась через её иллюзии.
При такой системе объяснений почти любое поведение можно истолковать как подтверждение исходного диагноза.
Разумеется, из этого не следует, что автор письма не заблуждается относительно своих отношений. Возможно, заблуждается, и весьма существенно.
Но способность замечать чужие заблуждения не освобождает от необходимости проверять собственные выводы.
Комиссарова предлагает читателям отличать реальность от иллюзий. Однако сама постоянно приписывает героям писем мысли, чувства и мотивы, для которых не приводит никаких оснований. Более того, она нередко игнорирует то, что люди прямо говорят о себе, и утверждает, будто «на самом деле» они думают и чувствуют противоположное. Их предполагаемый внутренний мир конструируется в соответствии с заранее присвоенными им психологическими ярлыками — «рапан», «дева в башне» и другими.
Вместо того чтобы проверять свои интерпретации на соответствие фактам, Комиссарова подгоняет факты под интерпретации.
И здесь возникает вопрос, вынесенный в заголовок: чья именно корона мешает увидеть реальность?